Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

lsv @ usd

"У узбеков есть иллюзий!", or optical illusions in Soviet Central Asia in the 1930s

Как многие из нас знают, Наше Все-jr. Александр Романович Лурия в начале 1930-х путешествовал с психологическими экспедициями в Среднюю Азию. Как знают немногие, с ним туда однажды съездил и немецко-американский психолог Курт Коффка. Результаты этих экспедиций, согласно общепринятой точке зрения, можно выразить в двух утверждениях:

1. "У узбеков нет иллюзий!" (c) А.Р. Лурия
2. Кровавая Гэбня все раскритиковала и сделала кузькину мать и безжалостные репрессии "репрессированную науку" Лурии, Выготскому и всем, кто там рядом оказался и под руку попал.

Похоже, как первое, так и второе вапще полная ерунда не вполне соответствует действительности.

Collapse )

Использованные источники:
Ясницкий, А. (в печати). К истории культурно-исторической гештальтпсихологии: Выготский, Лурия, Коффка, Левин и др.// PsyAnima, Dubna Psychological Journal -- Психологический журнал Международного университета природы, общества и человека “Дубна.. — 2012. — N 1. — http://www.psyanima.ru/
Ясницкий, А. Изоляционизм советской психологии? Неформальные личные связи ученых, международные посредники и «импорт» психологии // Вопросы психологии. — 2012. — N 1. — С. 100-112.
lsv @ usd

ИЗДАТЕЛЬСТВО "НАШЕ ВСЁ" и Бессмертная классика: о Выготском, педологии и западных влияниях

Эту прекрасную книгу об основателе советской психологии Льве Семеновiче Выготскомъ (aka levb Левъ), судя по ссылкам на нее в литературе, знают все. И при этом, судя по этим же самым ссылкам, похоже, ее вообще никто не читал. А из тех, кто читал, кажется, вообще никто ничего не понял.

А с другой стороны, общественность можно понять: сначала Кровавая Гэбня запретила классика культурно-iсторической псiхологiи на 20 лет (1936-1956), а потом еще к тому же и схоронила эту исключительно важную работу о нем, все стопиццот 10.000 (десять тысяч) экземпляров тиража. А это уже совсем нехорошо, т.к. наука, равно как и искусство, должна принадлежать народу.

Недавно созданное фирмо ооо «Лѣвъ» ИЗДАТЕЛЬСТВО «НАШЕ ВСЁ» провело огромную и самоотверженную работу по подготовке новой публикации этого важнейшего текста эпохи и в ознаменование 115 годовщины Рождения отца-основателя исконно русской психологии Льва Сiмховича Выгодскаго (aka לב שימחוביץ' ויגודסקי) любезно предоставило эту публикацию на халяву в открытом доступе во всемирной паутине aka Iнтернет.

Информация к размышлению: из досье организации. 
Название: ИЗДАТЕЛЬСТВО «НАШЕ ВСЁ»
Национальный состав: интернационалисты
Социальное происхождение: смешанно-местечковое
Политические убеждения: левые традиционалисты, беспощадны к врагам
Цели и задачи:

Один из приоритетных проектов фирмы ИЗДАТЕЛЬСТВО «НАШЕ ВСЁ» - издание неопубликованных работ Л.С. Выготского, а также переиздание уже известных трудов. Перевод на иностранные языки научных текстов классика отечественной психологии, его учеников, преследователей, наследователей и последователей. В настоящее время опубликовано несколько научных и научно-популярных изданий. Кроме того фирма публикует различные периодические издания и сборники и осуществляет электронную публикацию материалов на сайте.

Огромный интерес также представляют комментарии к публикации, подготовленные сотрудниками издательства, которые мы с любезнейшего разрешения руководства издательства приводим ниже. Остается только выразить надежду, что эта интереснейшая работа про Нашего Учителя Льва Семеновича Выготского наконец найдет своего вдумчивого и критически мыслящего читателя. Желаем всем приятного прочтения!

Collapse )

Источник (там же и торрент-линк): http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=3825282


О полном собрании сочинений Выготского:
PsyAnima Полное собрание сочинений Выготского / PsyAnima Complete Vygotsky
http://psyanimajournal.livejournal.com/3526.html

lsv @ usd

1917: Аводим хоину [עבדים היינו] . Выгодский, Л.С. [לב ויגודסקי].

Источник: Л.С.Выготский: начало пути. Сер: Евреи в мировой культуре. Выпуск 27. Иерусалим Иерусалимский изд. центр 1996г. 106 с.

102
АВОДИМ ХОИНУ
Очерк "Аводим хоину" был опубликован в журнале еврейской интеллигенции "Новый путь" в 1917 году , №11 - 12, с. 8 - 10. Он не вошел ни в одно издание сочинений Л.С. Выготского. В 1989 г. был перепечатан проф. А. Козулиным в журнале "Панорама Израиля", № 258, им же было написано и предисловие к этой публикации. В 1916 - 1917 гг. журнал "Новый путь" опубликовал несколько очерков Выготского; "Аводим хоину" - один из них. "Аводим хоину" в переводе с древнееврейского значит: "Рабами были мы". Это слова из "Пасхальной агады".

Пафос переживаемой исторической минуты есть не только пафос величественной и торжественной радости освобождения от гнетущей власти прошлого, но, главным образом, пафос страха за будущее. Не так ли точно должны были чувствовать выходцы из Египта, только что преступившие его границы, оставившие за собой привычное и обычное ярмо рабского существования, когда перед ними встали и раскрылись безмерные серые дали бескрайней пустыни? Что будет? Куда идти? Кто знает, где верный путь?
Еще вчера все было понятно и ясно: мы так сжились со вчерашним днем. У нас выработалась и укоренилась своя философия рабства и вчера еще единою добродетелью была "готовность взойти на костер". Связанному, в конце концов, все ясно; ему не надо мучительно вопрошать: что делать? Но сегодня неожиданно и внезапно, вдруг - руки развязаны, нечаянно обретена свобода распоряжаться собой, что-то делать, двигаться, куда-то идти. Еще не создалась свободная походка, еще нет свободных слов, еще не пережит сознанием совершившийся переворот, еще старая душа в старом теле живет, радуется, трепещет и встречает новый день. Новый день застал нас не готовыми.
103
Аводим хоину. Воля еврейства была связана Историей еврейства, говорит P. Heman, "редко история актов, а чаще история страданий, гораздо меньше история того, что евреи делали, а гораздо больше история того, что с ними делали". Внутренняя неавтономность, отсутствие своего центра и объединяющего закона превратили ее течение для стороннего наблюдателя в "конгломерат случайностей"; не творческая воля народа изнутри определяла поступательный ход исторического процесса, но события, эту волю подчинившие себе извне, сообщали движение еврейству. Одним словом, рабство не только народа, но и его истории.
Все, что было в еврействе активного, восстало против такого положения вещей. Овладеть ходом истории, самим делать ее, вернуть ей автономность - к этому сводятся все требования еврейских политических партий. И если в глазах массы еще так недавно пассивное восприятие не нами творимой истории было наилучшей и самой подходящей из политических систем, то в глазах активного меньшинства это было худшим из порождений рабства.
Иго, тяготевшее над еврейской историей, еще далеко не сброшено, да и вряд ли оно может в скором времени быть окончательно устранено: слишком глубоко оно коренится в самых основных условиях существования еврейства, в его рассеянии и т.д. Но в значительной мере все же роковое безволие может быть преодолено в близкие дни: чаяния близки к осуществлению. Русское еврейство самым ходом событий поставлено перед близким обнаружением и выявлением народной воли; ею будет возвращена та относительная свобода, которая сделает ее сознательные выражения и проявления одной из движущих сил истории. Надлежит поэтому вдуматься в существо и значение этого факта, ибо в нем центр и значение всего совершающегося в жизни еврейства переворота. В некоторой части еврейство перестает быть парализованным,
104
восстанавливается некая дробь народной воли, делается первый шаг.
Мы сейчас стоим у порога всего этого - на повороте еврейской истории.
Сознание современности в условиях исторической жизни в этот момент обусловило то, что этот переворот отливается исключительно в формы политические. По существу же он охватывает гораздо больше - не только стихию политики, но и всю стихию еврейской истории. И едва ли поэтому он может ограничиться одной политикой - начавшись в ее плане, он пересекает иные планы нашей действительности. Поэтому первая задача народной мысли заключается в том, чтобы строго отграничить сферу законного господства политики от той сферы, куда она не должна проникать. Еврейская масса политически почти не жила уже много веков. К чему же ведут ее политические партии? В основе национальной стороны всех их учений лежит позитивный национализм. Три теоретических начала составляют его: национализм, автономизм и секуляризация еврейской национальной идеи. В разной мере эти три начала проникают в программы и теории разных партий, но в самом существенном определяет и те и другие то общее им всем, что может быть вынесено за скобки, тот общий множитель, который, несомненно, будет выдвинут в объединенном выступлении этих партий, представляющих народ, вовне. Здесь не место подвергать теоретическому рассмотрению эти начала, но в самых общих словах здесь может быть намечена и поставлена проблема.
Народ больше, чем партия; история - чем политика; религия и миропонимание - чем программа. Никогда нельзя народную жизнь строить на основах позитивизма и рационализма: "на началах науки не устраивался еще ни один народ в мире . Проблема самого исторического бытия, как и проблема народного сознания, народной культуры, - суть проблемы не политические. Когда одна из партий формулировала свои
105
идеалы в словах: партия - народ и народ - партия , она выразила самую сущность партийных домогательств: обратить народ в организованную политическую партию, спаянную единой программной целью, подчиняющуюся единой партийной дисциплине. И точно: не это ли есть идеал - видеть всех евреев бундовцами, сеймовцами, сионистами? Идеал, по существу, неверный. Народная душа не укладывается и не умещается в рамки исповеданий и убеждений. Все те, кто чувствуют себя и живут евреями, не потому что "хотят быть евреями" (формула национализма), но остаются евреями столь же необъяснимо, как остаются каждый миг самими собой, - все те своим внутренним опытом знают, что народная воля не создается декретами, указами и организациями, как культура не создается по рецепту планомерными усилиями партий, как народ не создается по рецепту национализма. Все это может только облегчить или затруднить выявление, обнаружение народной воли, придать ей соответствующую форму - и ни на волос больше. Народная воля действовала и прежде невидимо и неосязаемо, но таинственно и властно - в миллионах отдельных евреев, которые не сговариваясь знали одно и то же, в миллионах событий и дел. Воля не дается народу дарованием ему персональной или территориальной автономии. Поэтому жизненна только та еврейская политика, которая направлена не к созданию, а к истинному выявлению еврейской народной воли, которая подчинена его истории. Автономизм есть пустое слово, если он не опирается на живую волю народа: политики должны подчиниться народной воле, а не подчинить ее. Есть своя законная сфера господства у политики и у позитивного национализма: в учредительное собрание и в свод законов нельзя идти ни с чем иным, как с позитивным и рационалистическим. Освобождение и исход сулят восполнить круг народной жизни сектором политики. Но даже позитивный национализм формулирует: "нация есть историческое в нас".
106
...В эти дни освобождения, озаренные отблеском великого Исхода, когда творится живая агада, - в эти дни, больше чем когда-либо, мы знаем, что проблема народной воли есть в то же время проблема народного сознания. Глубокий декаданс, пережитый еврейством, должен смениться ренессансом народного сознания: только тогда оживет народная воля.
nemo nostrum

Левин, К. 1931. Переход от аристотелевского к галилеевскому способу мышления в биологии и психологии

Текст, в сети, в четырех частях:

Курт Левин. Переход от аристотелевского к галилеевскому способу мышления в биологии и психологии: часть 1, часть 2, часть 3, часть 4.

Источник: здесь; всем причастным спасибо.
lsv @ usd

Научно-педагогическая [авто]биография Л.С. Выготского, 14 января 1933 года

ABSTRACT: This is a publication of the transcript of Vygotsky's scientific-pedagogical [auto]biography dated January 14, 1933, and, thus, written a year and a half before his death on June 11, 1934. The original handwritten document has previously been republished here. Of special interest to non-Russian readers might be the 6 (six) Vygotsky's lifetime publications in foreign languages (4 in English, 1 in German, and 1 in French) at the end of the list of his publications (see below). The links to full texts of all these six publications are provided below.

Здесь однажды уже перепубликовался автограф Л.С. Выготского за январь 1933: Научно-педагогическая автобиография Л.С. Выготского, написанная за полтора года до смерти (автограф). Из семейного архива Л.С. Выготского.

Так вот, для тех, кто не хочет ломать глаза, разбирая не всегда удобочитаемый почерк ГенiяTM, в книге А.А. Леонтьева "Л.С. Выготский" (Москва: Просвещение, 1990) обнаружился транскрипт этого документа, за что автору выносится несколько запоздалая, но огромная благодарность. В сети валяется пара копий расшифровки автобиографии Выготского, но те совершено неоправданные вольности, которые позволили себе публикаторы, помноженные на ошибки в транскрибировании, делают эти источники совершенно ненадежными с историографической точки зрения. Тем не менее, и они оказались небесполезными: все ж набирать руками меньше пришлось (так что отдельное спасибо и безымянным публикаторам). Итак, транскрипт Научно-педагогической [авто]биографии Выготского по положению дел на 14 января 1933 года, за полтора года до его смерти:

Collapse )
lsv @ usd

Принцессы тоже какают, или Загадки Истории/A Mystery: A Couple of Days in the Life of Lev Semenovich

ABSTRACT. The events in the life of Lev Vygotsky in November, 1933 are presented and discussed from the perspective of his calamities and professional troubles during the years of Cultural Revolution (1929-1933).
Всех лично заинтересованных поздравляем с днем рождения Зигмунда Фрейда. Тем не менее, сегодня мы все же вспомним о Карле Марксе, чей день рождения, к слову, мы все отмечали вчера, 5 мая, и поговорим об одной Загадке Истории, которую нам пока что не удается разгадать.
Жить в обществе и быть свободным от общества нельзя. Это аксиома, известная всем, кроме, пожалуй, историков психологии (по крайней мере, их русскоязычного подмножества), подавляющему большинству которых удается витать в мире "чистых идейTM" (интересно, где они эти самые "чистые идеиTM" только находят), а если и поминают "социальную историю отечественной науки", то исключительно не на ночь глядя, когда силы зла властвуют безраздельно и исключительно в контексте "репрессированной наукиTM" и ее героического, но неравного противостояния кровавой гэбнеTM, зловещему сталинскому режимуTM, и проч. iсчадиямъ адаTM. А это, во-первых, не по-марксистски, а во-вторых, не позволяет нам понять очень важные вещи в науке, с точки зрения того, как эта самая наука на самом деле устроена, функционирует и развивается в реальных, конкретно-исторических социальных условиях, -- что, в принципе, одно и то же.
Живой иллюстрацией такого плачевного положения вещей в "историографии отечественной психологииTM" и служит Большая Тайна и Таинственная Загадка, о которой мы вот сейчас и поговорим. Но для начала мы вспомним, что все ученые -- это некогда живые люди, которые, -- даже самые выдающиеся из них -- как принцессы, тоже какают, борются со своими семейными и профессиональными проблемами, делают карьеры, насколько могут зарабатывают деньги, нуждаются в финансировании, сражаются за публикации и ресурсы, и проч. и проч. Одним словом, вспомним о том, что и составляет практику науки: практику социальную, экспериментальную, и дискурсивную...

Итак, как все мы знаем, Выготскому в начале 1930х было как-то неуютно. То есть, не то что бы совсем -- наука шла полным ходом, как дай бог каждому -- но вот в карьерном плане все как-то не складывалось. А именно: закрывались какие-то лаборатории, заканчивалось финансирование (т.е., по правилам того времени, безальтернативно государственное финансирование), сворачивались исследования. Почитать переписку Выготского с Его учениками-и-соратникамиTM периода начала 1930х (издана в Вестнике МГУ в 2004, перевод на английский - 2007, на немецкий - где-то там же, у кого нет текстов - обращайтесь), -- так очень даже такой себе депрессивный портрет проступает. Одним словом, в начале 1930х приключилась с Выготским такая же "репрессированная наукаTM", какая, по недавним сообщениям, постигла и госп. Садовничего, В.А., известного до недавних пор в узких кругах как ректора Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова: работать было негде. И даже вмешательство кровавой гэбниTM не понадобилось. Выготскому хотелось то ли удавиться, то ли уехать в Харьков, и было как-то непонятно, какой еще из этих двух вариантов хуже. Более того, печататься тоже как-то не получалось, хотя, как нам сообщают наши тайные агенты и спец-корреспонденты из архивов Выготского, писал он в то время много и упоенно. А с другой стороны, конечно сам и виноват: а нечего было Деборина цитировать!
И вот в таких вот условиях происходит как бы незначащая встреча в одном из московских кабинетов с высокими потолками, а именно в кабинете редактора журнала "Под знаменем марксизма" тов. Митина. Вот как описывает эту самую meeting with Mitin, герой нашего рассказа и непосредственный участник этого события:
Меня вызвал Митин совершенно неожиданно и беседовал со мной по вопросу о положении в психологии и педологии. Интересовался, разрабатывается ли история умственного развития ребенка; говорил, что нужно совместно с ними работать, предложил дать статью принципиальную в "Под знаменем марксизма" и собрать философский актив (человек тридцать), чтоб обсудить ее. Главная идея его: в диалектике они подошли к необходимости разрабатывать проблемы исторические — с точки зрения истории науки и техники и с точки зрения умственного развития. Все пронизать историзмом etc. Я рассказал ему о нашем положении. Не знаю, приведет ли это к отказу от его предложения. Но на словах он сказал, что положение создалось недопустимое etc. Может быть, с этой стороны мы найдем поддержку. Больше ничего нового не знаю. Как узнаю, сообщу. Меня бесконечно опрашивают и треплют.
(Из письма Выготского к А.Р. Лурия от 21 ноября 1933 года).
Ну что ж, поговорили и разошлись. Самое интересное в этой истории то, что уже через 5 (пять) дней после написания этого самого письма Выготский назначается на должность заведующего кафедрой генетической психологии Государственного института подготовки кадров Наркомздрава Украины (Справка об утверждении на должность от 26/XI 1931 г. // Семейный архив Л.С.Выготского; Источник: Выгодская и Лифанова, 1996, с. 129). Ну, то, допустим, мелочь, хоть и приятно: на работу в Харькове, судя по всему, volens nolens взяли. А вот через полтора месяца, похоже, тренд с трудоустройством как-то поменялся и в Столице Нашей РодиныTM, и Выготский, по сообщению Выгодской и Лифановой, получает приглашение "возглавить отдел психологии во Всесоюзном институте экспериментальной медицины (ВИЭМ)":
Согласно приказу № 7 по Московскому филиалу ВИЭМ [i.e., во Всесоюзном институте экспериментальной медицины] от 14 января 1934 г., проф. Л.С.Выготский вводится в организуемое при дирекции постоянное научное Планово-методологическое бюро. Этим же приказом вновь созданному Планово-методологическому бюро предписывалось «приступить к проработке планов на 1934 г. и закончить эту работу к 15 февраля 1934 г.». Приказ подписан директором ВИЭМ проф. И.П.Разенковым // Семейный архив Л.С.Выготского (Источник: ibidem)
Post hoc, как все мы прекрасно знаем, совсем не обязательно ergo propter hoc, иными словами, из факта встречи с могущественным Митиным не следует почти ничего. Почти. Тем не менее, интересно то, что в конце 1933 года советским философам зачем-то вдруг -- а может вовсе и не вдруг? -- понадобился историзм Выготского: "в диалектике они подошли к необходимости разрабатывать проблемы исторические — с точки зрения истории науки и техники и с точки зрения умственного развития. Все пронизать историзмом". Еще раз: нельзя утверждать причинно-следственную связь между этими событиями, но факт остается фактом: весь такой до тех пор затравленный да задепрессированный Выготский оказался вдруг очень востребованным, а с конца 1933 стал постепенно входить в элиту советской научной иерархии, свидетельством чему, например, резкий всплеск числа его публикаций в 1934-1936 и проч. косвенные признаки. Одна беда: карьерный взлет его в 1934 году был стремителен, но, к нашему общему сожалению, недолог: госпитализирован в начале мая, скончался 11, а похоронен 13 июня 1934 г.

...Итак, что это было, спросите? А кто ж его знает; см. выше: изучением социальной истории психологии до сих пор занимались преимущественно глядя из узких бойниц осажденной крепости "репрессированной науки"... И все же, может, кто-нибудь в пару-тройку архивов по Москве походит, да когда-нибудь ситуацию нам, "историкам отечественной психологии" да прояснит? Надежда живет...

...А тем временем, чтоб два раза не вставать, надо бы сходить к философам, и попытаться у них разузнать, с чего б это вот именно к концу 1933 они там надумали все пронизать историзмом etc.
lsv @ usd

К датировке текстов Выготского и Ко.: октябрь 1930 года как бритва Оккама :)

Нечего и говорить, что вопросы датировки и периодизации исключительно важны в истории развития мысли, в частности, в истории науки. Применительно к творчеству Выготского-Лурии и их команды (aka Vygotsky CircleTM) этот вопрос еще более важен в свете того, с какой скоростью у них там все менялось (особенно в 1930е гг.), а с другой стороны, насколько мало из всего того, что тогда было сделано, оказалось в конце концов опубликовано. Что приводит к большой путанице. Одной из актуальнейших задач "выготсковедения" (aka Vygotskian StudiesTM) является отсечение всей той, по большому счету, механистической ерунды, что Наши УчителяTM намолотили в 1920е годы, от по-настоящему интересной, современной и важной психологии, что они начали создавать в последний период жизни Выготского, ну и, по инерции, до конца довоенного десятилетия. Для такой операции "отсечения" нам нужен пригодный инструмент, скальпель, если угодно, бритва им. тов. Оккама. Такая бритва позволит нам, не порождая спекуляций и двусмысленностей, отделить то, что хорошо, от того, что скушшно в наследии Наших Учителей. Итак, Collapse )

Итак, сэкономим на конкретных текстологических комментариях и проч. аргументации, а в сухом остатке имеем:

все основные работы Выготского, датируемые 1930-31 гг., опубликованные и не опубликованные при жизни автора, были написаны ДО октября 1930 г. Это в первую очередь такие тексты как (пойдем по лифановскому списку):

  • 183. Орудие и знак // Семейный архив Л.С. Выготского (1930?). Рукопись;То же // Собр. соч.: В 6 т. М.: Педагогика, 1984. Т. 6. С. 5-90; То же // Выготский Л.С. Проблемы дефектологии. М.: Просвещение, 1995. С. 196-199. Фрагменты из I и III глав.

  • 195. Структурная психология // Выготский Л., Геллерштейн С. и др. Основные течения современной психологии. М.; Л.: ГИЗ, 1930. С. 84-125; То же. 2-е изд. М.: Изд-во МГУ, 1972. 47 с.

  • 196. Эйдетика // Выготский Л., Геллерштейн С. и др. Основные течения современной психологии. М.; Л.: ГИЗ, 1930. С. 178-205; То же // Хрестоматия по ощущению и восприятию. М.: Изд-во МГУ, 1975. С. 275-281. Сокращ.

  • 198. Этюды по истории поведения. (Обезьяна. Примитив. Ребенок). М.; Л.: ГИЗ, 1930, 232 с. Совместно с А.Р. Лурия; То же. М.: Педагогика-Пресс, 1993. 223 с.

  • 202. История развития высших психических функций // Выготский Л.С. Развитие высших психических функций. М.: Изд-во АПН РСФСР, 1960. С. 13-223; То же // Собр. соч.: В 6 т. М.: Педагогика, 1983. Т. 3. С. 5-328; То же // Выготский Л.С. Проблемы дефектологии. М.: Просвещение, 1995. С. 264-284. Фрагменты.

  • 207. Педология подростка. М.;Л.: Изд-во БЗО при педфаке 2-го МГУ, 1931. 504 с. На правах рукописи. Задания № 9-16. Разделы: Психология подростка. Социальные проблемы педологии переходного возраста. Заключение; Фрагмент под загл.: Динамика и структура личности // Хрестоматия по возрастной и педагогической психологии. М.: Изд-во МГУ, 1980. С. 138-142; Фрагмент под загл.: Динамика и структура личности подростка // Хрестоматия по возрастной психологии. М.: Междунар. пед. акад., 1994. С. 211-215; Отдельные главы // Собр. соч.: В 6 т. М.: Педагогика, 1984. Т. 4. С. 5-242; То же // Выготский Л.С. Проблемы дефектологии. М.: Просвещение, 1995. С. 328-356. Фрагменты.


NB: две последние работы из этого списка традиционно датируются 1931 годом, -- судя по всему, это неверно.

К слову, предположительно к середине-концу 1930 года следует отнести и полномасштабное увлечением гештальт-психологией в кругу Выготского (см. чистосердечное признание в любви в 195. Структурная психология // Выготский Л., Геллерштейн С. и др. Основные течения современной психологии. М.; Л.: ГИЗ, 1930. С. 84-125; То же. 2-е изд. М.: Изд-во МГУ, 1972. 47 с.), что может случить еще одним, несколько неопределенным признаком, позволяющим нам с большей точностью датировать тексты Выготского. Тем не менее, это несколько предварительное и необоснованное утверждение, нуждающееся, к тому же, в критическом изучении.
nemo nostrum

Лазурский: материалы к биографии и библиография/Lazurskii's bio- & bibliography

ABSTRACT. Hey, guys, don't forget to say hello and wish a happy birthday to our dearest friend Michael Cole, former A.R. Luria's postdoc student and one of the pioneers of Soviet (cultural-historical and activity) psychology in the North America and, now, globally. In the meantime, we'll talk here about the jubilee of another great scholar, A.F. Lazurskii, whose birthday we celebrated yesterday. His Russian bibliography is included, among other treats.

Во всех историях борьбы Добра со Злом наши неизменно побеждают, и Московская Психологическая ШколаTM до определенного времени неизменно оказывается на коне. Возможно так оно все и было. И в то же время не стоит наверное забывать и о других, не менее интересных проектах, зародившихся за пределами нынешнего МКАДа. К числу таковых несомненно следует отнести ту богатую исследовательскую культуру, вызревшую в Петро-/Ленин-граде в недрах Бехтеревской Империи в 1910-20е годы. Возможно, сам-то Бехтерев с его то ли "психоневрологией", то ли "объективной психологией", то ли "рефлексологией", то ли другими бренднеймами, под которыми он сражался за свою линию в человековедении, и не подозревал, к чему это все приведет. Тем не менее, в результате, имеем исключительно интересную линию, намеченную надавно уже упоминавшимся здесь А.Ф. Лазурским, и по-разному развитую его учениками и последователями М.Я. Басовым и В.Н. Мясищевым. О двух последних кое-что написал(а?) Е.В. Левченко в своей статье М.Я. Басов и В.Н. Мясищев: общность судеб, близость идей (название говорит само за себя). Подробнее о них как-нибудь в другой раз. Сегодя - о Лазурском.
...А вот, собственно и все :). На самом-то деле, всю работу уже сделали добрые люди за нас, нам же осталось лишь поблагодарить создателей сайта об А.Ф. Лазурском, где можно найти его биографию, хронику жизни и тв-ва, и всякое прочее. Фотогаллерею там найти нельзя :). А вот единственное, что мы оттуда позаимствуем (не считая, разумеется, вот этой вот фотографии ученого), так это библиографию его работ: здесь оно посохраннее будет, а то мало ли, что там у них с веб-сайтом приключиться может, а нам всем страдать. Итак, библиография, как и было сказано:
Collapse )
Поправки, предложения, дополнения и добавления с благодарностью принимаются.

К оглавлению: Библиографии работ советских психологов/Bibliographies of Soviet psychologists' publications

P.S....И последнее: а знаете, с чего бы это Е.В. Левченко из Перми столько добра делает, и собирает материалы про всех этих ленинградцев, не щадя живота своего? А все очень просто: в Перми работал В.С. Мерлин, замечательный ученый и ученик Басова. Вот у него-то Е.В. Левченко по всей видимости и учился (училась??). Интересная преемственность. Как сказал бы Тевье Молочник в фильме Нормана Джуисона, традишн! Но об этом как-нибудь в другой раз...
nemo nostrum

Библиография публикаций Б.В. Зейгарник/Bibliography of Bluma Zeigarnik

Добрый самаритянин, пожелавший остаться неизвестным, составил этот список публикаций, который приводится здесь с незначительными изменениями, поправками и добавлениями:

Collapse )

Поправки, предложения, дополнения и добавления с благодарностью принимаются.

К оглавлению: Библиографии работ советских психологов/Bibliographies of Soviet psychologists' publications
nemo nostrum

"K прискорбию, погибли в гитлеровских застенках": Wera Mahler (Вера Малер)

В своей книге "Теория личности Курта Левина" (М.: МГУ, 1981) Блюма Вульфовна Зейгарник поминает двух исследователей, аспиранток и учениц Курта Левина -- В. Малер (Wera Mahler) и К. Лисснер (Käte Lissner), при этом сожалеет, что "обе они, к прискорбию, погибли в гитлеровских застенках" (стр. 33, глава "Проблема замещающего действия в теории К. Левина"). Кстати, то же сообщение о трагической смерти "в фашистских застенках" этих двух учениц Левина проходит и в ее интервью с Ярошевским (В школе Курта Левина. Из бесед с Б.В. Зейгарник; опубликовано в Вопросах психологии за 1988 год: интересующий нас фрагмент см. на с. 175). В этом месте необходимо внести некоторое уточнение.
Вера Малер (* 12.10.1899 + 14.9.1991) (см. ее классическую "левиновскую" работу Ersatzhandlungen verschiedenen Realitätsgrades, Psychologische Forschung, 1933, 18, 27-89) на самом деле ни в каком гитлеровском застенке не погибала. Напротив: выжила и в определенный момент оказалась (эмигрировала, если угодно - репатриировалась) в Израиле (сам-то Левин тоже туда собирался, но его не приняли на кафедру в Иерусалиме, Hebrew University of Jerusalem, -- видать, не подошел), где и жила в местном городе Тель-Авиве (или его окрестностях; по положению дел на 1960е гг.) и, говорят, преподавала психологию в местном же университете.
Свидетельством тому хотя бы ее эссе про Левина, написанное ею в середине 1960х по запросу Alfred J. Marrow, работавшего в ту пору над своей книгой про Курта Левина (вышла под названием The Practical Theorist в 1969). Эссе Малер из архива Мэрроу (архив хранится в Архиве американской психологии, что в г. Экроне, штат Огайо) было опубликовано в 1996 в немецком журнале по истории психологии Psychologie und Geschichte, и находится сейчас в открытом доступе, в виде pdf: In memory of my teacher, Kurt Lewin. Один недостаток: там все английскими буквами, с немецким резюме. Неудобно, и в самом деле, но -- кому надо и так разберет.